00:32 

На свободе

Lyona_L
Нормальность в этом мире неуместна!
Небо, как водится, молчало и не отзывалось.
Вообще из моих сверстников Покровитель не являлся никому... Может быть, не было такой уж сильной нужды в нем? Из-за ерунды он не появится... Так хотелось верить, что он - слышит! И поможет. Всё-таки я верил в их помощь, как в детстве. Хотя и знал, что некоторые из наших с Гирькой приятелей считают, что Покровители не обращают на эйлов внимания. Мол, если они и есть, то далеко и забыли про нас... Но я-то знал, что это не так! Хотя бы потому, что отец Нэйлин стал кровным братом Сокола Энтрадеса, и во время обряда Покровитель им явился... Об этом я слышал от дяди Кэса.
А может, Покровитель услышал Гирьку? И помог ему?
Словно в ответ на мой вопрос, невдалеке, в камышах, послышались странные звуки. Какое-то хлюпанье, чавканье... похожее на то, как будто кто-то осторожно идет по мелководью... У меня аж дыхание пресеклось! Снова: шлеп... шлеп... бульканье... но не Выдра же! Выдры не издают таких звуков! Только бы не люди... только бы... Кроме похитителей, людей-то рядом не было!
Я даже дышать, кажется, боялся... как будто тишина помешает людям увидеть нашу лодку!
На мгновение мелькнула шальная мысль: драться до конца, кусаясь, царапаясь, на пределе сил, пусть лучше убьют... но ведь Гирька не убежит один. Даже если я дам ему эту возможность...
И тут раздалось кряканье. Потом опять, затем характерный звук хлопающих по воде крыльев... и через некоторое время рядом взлетела утка. Негодяйка, она тут просто жрала кормовую траву! Завтракала, значит... А я-то перетрусил...
После отлета утки снова наступила тишина. И кажется, стало ещё холоднее, - наверное, просто жар не давал покоя. Мой друг свернулся клубочком, насколько это позволяла лодка, и спал тихо-тихо, чуть приоткрыв рот; выражение лица у него было страдальческое. Бедняга!
Я не очень верил в свои возможности, но решил попытаться вспомнить ещё какое-нибудь лечебное заклинание - и, боюсь, с нулевым успехом. То ли слово перепутал, то ли для этого нужно все-таки самому быть в лучшем состоянии... я и этого не знал. Увы.

Комментарии
2015-09-16 в 09:27 

Ллойд
Активный участник Международного Броуновского Движения
И они все-таки сработали. Правда, не так, как я думал, но тоже неплохо. Просто они помогли мне немного успокоиться, и пара нужных заклинаний сама пришла в голову. И я даже умудрился сделать все правильно!
Гирька взглянул на меня с восхищенным уважением – видимо, обезболивающее заклятье заработало сразу же. Оставалось только надеяться, что и с противовоспалительным дело обстояло не хуже. Впору гордиться собственными достижениями.
Жаль, не до гордости мне… Магия – вещь, конечно, замечательная, но обессиливает ужасно! А если учесть то, что этих самых сил у меня и так не закрома… эх! Ноги сделались тряпочными, руки мелко дрожали, голова кружилась немилосердно… Да ладно б это – все равно надо немного посидеть, Гирька не может сейчас идти… Но ведь он же видит! Видит, что мне плохо!
Вон, в глазах тревога уже плещется… на лице – беспокойство, постепенно переходящее в ужас… Рыжий приподнимается на локте:
- Арни! Тебе плохо, да?!

2015-09-16 в 16:46 

Ллойд
Активный участник Международного Броуновского Движения
- Да нет! Лежи! – велел я, тяжело плюхаясь на землю рядом с рыжим. Сидеть всё же было легче, чем стоять. – Просто устал, понимаешь... Сейчас посидим, отдохнем с тобой – и отправимся дальше. Да успокойся, Гирь! У меня же вообще никаких серьезных ран нету... Что мне сделается? Ты вот скажи: ты можешь определить... ну, чтобы вода была рядом? Ручеек какой-нибудь...
- Могу, - ответил Рыжий. – Он вон там… куда мы и шли. Чуть-чуть пройти еще осталось…
Он помолчал, потом вздохнул:
- Помнишь, как мы собирались в Фирдзе? Купили с собой бинтов… и еще чего-то, у травника… Еще думали, что вдруг поможем кому-нибудь… Я тогда столько бумаги с собой взял, и карандашей, и красок… дурак. И сказал, что с нами ничего не случится. Сам же и накликал…
- Почему это "дурак"?! Я вон тоже много чего взял с собой – и нужного и ненужного... А твои краски... Знаешь, рыжий... почему-то именно о них мне было тяжелее всего думать. Вспоминать, как ты их выбирал... и как они валялись на земле...
Я сжал его руку.
- Гирька, какое же счастье, что ты живой! Как же я плакал по тебе, ревел, как девчонка... Ты просто обязан скорей поправиться! И хватит уже винить себя во всем. Накликал он. Не верю я, что можно так накликать. Ты в войне Двух Братьев, может, тоже виноват?
Гирька грустно улыбнулся:
- Это вряд ли… хотя родись я в то время – может, и драться бы умел. А если бы я умел драться, может, я бы смог тебя защитить…
- Это я должен тебя защищать! Это ведь я – старший брат, - улыбнулся я Гирьке. Голова перестала кружиться, и это было хорошо! Вот только пить хотелось невыносимо... - Ты прав в одном: нам надо учиться драться как следует. Обоим.
Рыжий согласно угукнул и прикрыл глаза. Дыхание его замедлилось, но сделалось каким-то тяжелым и натужным. Потом он снова открыл глаза и со стоном приподнялся:
- Арни… надо идти… к воде. Пить хочется… Арни… а твои раны как же? Их ведь тоже надо… я вот отдохну, ты мне листьев дашь, и я тебе там все сделаю… а то как же ты?

2015-09-16 в 21:15 

Lyona_L
Нормальность в этом мире неуместна!
- Конечно, сделаешь, - успокаивающе проговорил я, умолчав, что я использовал все листочки - их и было-то немного. Но зато я примотал их не только к ране, но и вокруг нее. - Только у меня ж там нет глубоких ран. И так заживет...
Наверное, у меня совести меньше, чем у Гирьки! У него даже кровь не останавливалась... а мне, видать, всё нипочем... а ведь я думал, что потерял его, что втравил в это путешествие...
- Если бы оно на тебе заживало, то не кровило бы, я думаю, - нахмурился рыжий. – И вообще вид у них… не очень хороший. Ох, скорее бы найти это селение! И чтобы там лекарь был толковый! На тебя же смотреть страшно!
"Значит, кровит всё-таки", - усмехнулся я про себя. - "Не совсем я без совести..."
- Не беспокойся, - тепло сказал я. - Мне совсем и не больно...
А это и вправду было так... Ну почти. Мне просто было очень жарко. И спина, бока горели чуть больше всего остального... Главное было - не прикасаться... Не думать...
- А как ты думал меня нарисовать? - спросил я, чтобы поменять тему. А ещё мне и вправду было интересно. Тем более мне льстило желание Гирьки... Как-то раньше я и не задумывался над этим, а теперь - мне ОЧЕНЬ хотелось, чтобы появился мой портрет! Хоть какой-нибудь!
- Карандашом, в пол-оборота и растрепанным, - с готовностью отозвался рыжий и мечтательно улыбнулся. – Не уверен, правда, что выйдет что-то из этой затеи. Но я все равно попробую.

2015-09-17 в 01:50 

Lyona_L
Нормальность в этом мире неуместна!
- Интересно, почему растрепанным? - заинтересовался я. - Мне так больше идет, или это моя истинная суть? Наверное, второе...
Я с удовлетворением посмотрел на рыжего. Повязка была почти аккуратной! И листочки, кажется, не съехали...
Я погладил Гирьку по руке, только сейчас вспомнив, что лекари слушают, как бьется сердце... а КАК оно должно биться?! Я и не знаю толком... Со своим сравнивать? Но кто сказал, что у меня бьется так, как надо? У меня же жар...
И тут пришла простая и грустная мысль. Если у меня жар, то Гирькина рука должна казаться мне прохладной. А я этого не чувствовал... Ох ты ж гуфрова задница! Неужели и у него - тоже?!
- Как ты? - спросил я виновато. - Наверное, пить хочешь?

2015-09-17 в 19:31 

Ллойд
Активный участник Международного Броуновского Движения
- Да… А ты? – он с трудом сел и принялся неуклюже отряхиваться от листьев и земли. – Ты можешь идти? Или голова кружится, да? Хочешь, я схожу воды наберу? Тебе же тоже пить надо… ты – горячий…
Гирька коснулся меня, словно желая убедиться, что я – горячий. Пальцы у него, в отличие от всего остального, были ледяными и едва заметно дрожали.
- Тебе холодно? – вскинулся я. – Сиди. Не двигайся, пожалуйста! Я так старался... ты хочешь испортить мою работу?
- Не хочу, Арни, - Гирька явно был тронут и растерянно улыбался мне, уже не пытаясь встать. – Но вода же все равно нужна… верно? Нам надо до нее дойти – может быть, там найдем место, где отдохнуть… И… мы же все равно не можем сидеть тут весь день – так что идти придется. А повязку ты здорово сделал, я же вижу! Она не свалится.

2015-09-17 в 22:33 

Lyona_L
Нормальность в этом мире неуместна!
Он был полон решимости идти.
А я... я знал, конечно, что идти надо, что вода сама к нам не придет - но тело просило неподвижности. Просто-таки умоляло и плакало. Даже те места, по которым вроде кнутом и не били... (или я забыл?) - они жаловались тоже.
Наконец рыжий, кривясь и стискивая зубы (и трогательно стараясь это скрыть) стал подниматься с земли. А я, конечно, стал ему помогать.
Кое-как мы встали, постанывая и замаскировывая стоны кто кашлем, кто ругательствами. Я - ругался. Хотя даже не знаю, кого я ругал. Даже не разбойников, пожалуй, а так - собственную слабость, и землю, такую неровную, и сучки острые. Очень мерзко было, когда они попадали по спине...
Нужно было ещё взять рыбу - не зря же рыжий старался из последних сил?! - и ковшик. Остальное-то я кое-как увязал в пояс. Так хотелось пить, что даже мысль об орехах нам обоим в голову не пришла. Так и плелись мы - я с ковшиком, Гирька с куканом, на котором висела рыба и раки...
Лес не помогал... а может быть, я просто уже не чувствовал помощи? Один раз под ноги попалось что-то вроде тропинки, мы уже обрадовались было - но спустя короткое время тропка исчезла, растворившись в высокой траве.

2015-09-17 в 23:42 

Ллойд
Активный участник Международного Броуновского Движения
Вскоре я убедился, что Гирька ведет нас прямо к воде. Тихое монотонное журчание яснее ясного говорило мне, что впереди ручеек, да и воздух заметно повлажнел – наверное, берега топкие…
Рыжий посмотрел на меня, улыбнулся как-то вяло и странно… Лицо у него очень побледнело, и глаза, казалось, выцвели…
- Арни… подожди, - тихо сказал он, останавливаясь. – Подожди… мне что-то… Кружится все… Я… сейчас…
Он протянул руку, чтобы ухватиться за дерево, но промахнулся. Ладонь скользнула по стволу, колени его подкосились, и я едва успел поймать рыжика, чтобы он не разбил себе голову о камень.

2015-09-18 в 00:47 

Lyona_L
Нормальность в этом мире неуместна!
- Гирька! - вскрикнул я.
Но мой друг был без сознания.
- Гирька... Рыженький...
Так близко от вожделенной воды! Бедный выдренок, не помогли ему мои старания - да и много ли я умею? Глубокая рана, воспаленная... Лежать ему надо было! В удобной постели. Пить всякие полезные отвары, да и просто воду, обычную ключевую воду, она при кровопотере нужна... кажется. Мне бы тоже не повредило, наверное, попить...
Гирька...
Что же делать?
В следующее мгновение я даже ударил кулаком по тупой своей голове.
Бери и тащи, дурак! Он же стройнее и ниже, Гирька... В конце концов, я эйл или человек бессильный? Подумаешь, жар! Руки целы, ноги целы, а я тут сопли жую... дитя бессмысленное.
Я убрал прядь волос у Гирьки со лба, попытался понять, есть ли у него жар... Показалось, что есть, хотя вроде бы не очень сильный. Но, возможно, мне просто хотелось бы, чтобы не сильный!
Его рыбку и найденный нами ковшик я положил на камень, чтобы издали было видно. Я за ними вернусь!
И я осторожно, как ребенка, поднял рыжика на руки. Самое трудное было - поднять и одновременно выпрямиться самому; ноги сводило, а руки тряслись, сволочи... А потом стало гораздо легче.
И я пошел на звук ручейка.
Голова друга лежала у меня на плече, и от волос Гирьки пахло прибрежной травой и почему-то кувшинками.
Рыжий молчал и только иногда еле слышно, жалобно постанывал. Потом мне показалось, что он очнулся и что-то шепчет мне - но нет. Он по-прежнему был без памяти. Но я стал говорить с ним, - наверное, мне самому так было легче...
Я говорил, что он самый лучший из друзей, что я так рад, что встретил его - совершенно случайно - однажды у знакомых, что я горжусь дружбой с ним, что он очень талантлив, даже сам не представляет, насколько! Что если он нарисует когда-нибудь меня, то этот рисунок будет висеть в моей комнате, на почетном месте, и я сам изготовлю к нему раму... или закажу настоящему мастеру по рамам, у него лучше получится...
И что надо только немного потерпеть - и тогда всё-всё будет хорошо, он поправится, а вот сейчас мы придем к ручейку, и попьем водички, и отдохнем, а потом сварим рыбу...
Ручеек... Он журчал и журчал - но не приближался. Спотыкаясь, я брел, прижав к себе рыжего. Ещё один шаг, и ещё...
Да полно - где же ручей?!
Я вспомнил рассказы про пустыню - там, говорили мне, бывают миражи: идешь по песку, бескрайнему, горячему, и воздух дрожит, наверное, как над костром... вот и сейчас воздух словно струится... идешь по пустыне, а видятся тебе вдали зеленые деревья, или поля, или вовсе озеро с прохладной водой... Неужели и тут, в лесу, могут быть миражи, и журчание ручейка мне чудится?! Мне ведь тоже жарко, почти как в пустыне, наверное... но ведь Гирька тоже говорил про ручеек, а он Выдра и должен чувствовать воду, он не мог ошибиться...
Ещё несколько шагов... В ушах шумело. Но журчание воды не ушло. Я упрямо брел, стараясь не сбиться с направления...
И когда уже я почти уверился в том, что слух меня всё-таки обманывает - под ногами хлюпнуло.
Ручеек, или узенькая речушка, прятался за высоким камышом. И вот уже я стою по колено в холодной воде - только не поскользнуться на камнях!
Два небольших шага - ширина речки... но противоположный ее берег более высок, и там - заросшая травой полянка. Как по команде, из-за облаков выглянуло солнышко, осветив цветы на поляне, листву на деревьях... Я дошел.
Опустился на колени и осторожно положил Гирьку на землю... Вырвал несколько пучков травы, клочок мха - такая вот немудреная подушка, прости, рыжий... Я сейчас вернусь.
Я почти не помнил, как ходил за ковшиком и рыбой. В какой-то момент я осознал, что стою и держусь за дерево, а глаза мои закрыты. Нельзя! Нельзя терять контроль. Ведь если не я - то кто? Кто поможет Гирьке?!
И всё равно я чуть не потерял приметный камень, чуть не ушел в сторону - спасло лишь чувство направления, присущее Барсам, спасибо моей крови! Обратный путь был уже легче, и только речка показалась мне сейчас обжигающе холодной, куда холоднее, чем в первый раз.
Вдруг я понял, что не попил! Как же я мог забыть?! Снова и снова, положив свою добычу возле Гирьки, я набирал воду в ладони и пил, пил...
Намочил рыжему лоб, но вливать воду в рот не рискнул. Он же без сознания - а вдруг захлебнется?!
Мне нужно развести костер, наверное. Приготовить рыбную похлебку в ковшике. Но как же его устроить? Надо принести хоть пару камней, и поставить ковшик на камни. Так, чтобы костерок можно было развести под ковшиком - так было бы лучше всего... Два больших плоских камня...
Я даже нашел их. Не совсем плоские, но подходящие. Их нужно было выворотить со дна ручья. Один поддался легко, и я кинул его на берег, а второй почему-то не поддавался. Изо всех сил я ухватился за него... и перестал видеть. Одни пульсирующие багровые пятна, и звон, звон кругом, тихий и неприятный...
Последнее, что я запомнил - это как я валюсь на бок на самом краю бережка. Ноги мои так и остались в воде, а тело упало в траву. Если бы ещё не камень! Но камень попал под спину, и от резкой боли, мне показалось, меня всего охватил ослепительный свет.
А потом всё погасло...

   

Дешан

главная